www.ks95.alfaspace.net
новая стратегия национальной безопасности сша / вражье рыло / главная
Есть ещё сегодня идиотики, уверенные, что мировое зло – это терроризм...
Терроризм в сравнении с США – всё равно что мелкий хулиган в сравнении с матёрым преступником-рецидивистом. Но даже и такой преступник всегда предполагает, что его злодеяния когда-нибудь прекратятся, либо смертью, либо очередным тюремным сроком. Америка же, не перестаёт удивлять весь мир своими постоянно растущими запросами и амбициями.
Совсем недавно, по золотым правилам психотехнологий, в США началось открытое обсуждение вопроса: как всех поставить на колени? Открытое и официальное обсуждение!!! Не – "нужно ли?", а – "как?". Ни больше, ни меньше. Т.е. даже тени сомнения нет в собственной полноценности и правоте. Вот ведь несчастные людишки!..
...Между тем разумные постсоветские граждане рассуждают:
Народное радио: Программа «Государственная безопасность» от 25.03.2006
Ведущие: Игорь Шишкин и Владимир Анохин;
Игорь Шишкин: Владимир Петрович, наши программы «Государственная безопасность» были посвящены в основном угрозам России, исходящим изнутри. И это вполне естественно. Я вообще считаю, что во всех бедах виноваты всегда сами страны. Даже если их захватывают внешние противники, первопричину нужно искать в собственной слабости. Поэтому основное внимание к внутренним проблемам вполне естественно. Да и потом мы знаем, что дважды в ХХ веке Россию тряхнуло, и очень сильно именно из-за ударов изнутри. Но при этом не следует конечно же забывать такие угрозы извне существуют. И они реальны. А вот осознания этих угроз до сих пор, по-моему, в российском обществе в полной мере нет. В официальных документах везде и всюду подчеркивается, что сейчас мы находимся в таком положении, когда России не угрожает какая-то внешняя агрессия крупного масштаба. Да, возможны вылазки террористов. Да, возможны сепаратистские движения, поддерживаемые извне, может быть где-то пограничный конфликт, не более того. Внешней угрозы якобы нет.
Владимир Анохин: Правильно, основной упор надо делать, конечно, на внутреннее состояние страны, общество и государство. И здесь государство играет именно роль анализатора, оценивающего то, что может угрожать народу в ближайшее время в перспективе и так далее. Близорукость позиции нашего руководства состоит в том, что постоянные заявления об отсутствии противников или опасностей дезориентирует общество. Действительно, событиям, потрясшим Россию в ХХ веке, предшествовали проблемы внутренние. Потом шел процесс оценки внешней ситуации, именно политической, а на основании этой оценки вырабатывались стратегические векторы развития. Неправильность оценки ситуации приводила к практическим ошибкам, которые завершались активными военными действиями, которые в последующем разваливали страну. То есть сейчас мы конечно должны отслеживать политические тенденции, которые складываются в мире и особенно в ведущих странах, чтобы знать, чем та или иная тенденция может грозить России.
Игорь Шишкин: В этом ключе я думаю, нам и нужно рассмотреть ту реальную угрозу, которую несут сейчас миру Соединенные Штаты. Может показаться странным и набившим оскомину тезис об американском империализме. Сколько можно искать врагов, выдумывать опасности? Но если какое-либо государство берет курс на установление мирового господства, и если у этого государства есть реальные силы, чтобы попытаться это сделать, то это всегда опасно для других стран.
Мы уже рассматривали статью Бжезинского «Последний суверен на распутье» о развернувшейся в Соединенных Штатах научной дискуссии о том, как нужно установить мировое господство США над всем миром, какие методы наиболее эффективны. У американцев шел спор не о том, нужно или не нужно мировое господство США, а о том, как его установить. Можно было сказать, что это научная дискуссия, что это отставные политики тешатся, беседуют, и нечего нам на них обращать внимание, ястребы всегда, есть и будут. Они все переживают по поводу «холодной войны». Поэтому не будем на них обращать внимание. Но вот сейчас в Соединенных Штатах издается уже официальный документ «Стратегия национальной безопасности Соединенных Штатов», подписанный президентом и определяющий политику этой страны на ближайшие годы. И в этом документе, если отбросить всю словесную шелуху, ясно и четко формулируется тезис: цель Соединенных Штатов – мировое господство. Причем Соединенные Штаты оставляют за собой выбор любых средств для приведения этой политики в жизнь.
Владимир Анохин: Да, 16 марта в Вашингтоне опубликована обновленная по сравнению с вариантом 2002 года версия стратегии национальной безопасности США. Характерной чертой этой стратегии является дальнейшая идеологизация американской внешней политики. Отныне главным критерием отношений Соединенных Штатов с остальными государствами будет определение именно Соединенными Штатами соответствия или несоответствия поведения той или иной страны американскому видению демократии. То есть Соединенные Штаты собираются решать свои глобальные задачи путем стрижки всех стран под свою мерку. Это грозит серьезным обострением ситуации в мире, так как пойдет переоценка отношений с Соединенными Штатами. «Стратегия» начинается словами: «Америка находится в состоянии войны. Это стратегия национальной безопасности военного времени, чего требует стоящий перед нами тяжелый вызов: рост терроризма, поддерживаемый агрессивной идеологией ненависти и убийства». То есть Америка заявила, что она находится в состоянии войны.
Игорь Шишкин: Это действительно очень важный пункт, мимо которого проходить нельзя. Это ведь не словесная шелуха, это не заявления каких-нибудь политиков с трибуны Капитолия или в сенате. Здесь сформулировано видение мира руководством Соединенных Штатов: Америка находится в состоянии войны. И вот интересно – с кем она находится в состоянии войны? С терроризмом и с тираниями? Со странами, где нарушаются права человека? Со странами, где не соблюдаются свободы? Очень много красивых слов.
Владимир Анохин: Америка постоянно выдвигает свои мифы. То был миф об американском образе жизни, он сменился «холодной войной», борьбой с «осью зла», с «империей зла». Далее пошел терроризм. А сейчас, по сравнению с 2002-м годом, уже меньше терроризма, но больше демократии. То есть уже размыто понятие международного терроризма, с которым американцы собирались бороться всеми средствами и силами. Они уже показали свое моральное падение в Афганистане и Ираке. Теперь терроризм как бы остается, но главное – продвижение демократии любой ценой. Примеры такого продвижения демократии мы видим в Югославии, в Афганистане, в Ираке. Создается впечатление, что американский президент размышляет, каким образом продвинуть демократию в том или ином случае: пятисоткилограммовыми бомбами, или стокилограммовыми?
Игорь Шишкин: В этой новой «Стратегии» есть очень серьезное изменение по сравнению с доктриной 2002 года, связанное именно с демократией. На это указывал и Бжезинский. Он говорил, что под лозунгом борьбы с терроризмом мировое господство не осуществить, что мир отвернется и уже отворачивается от Соединенных Штатов. Как он выразился: «Лилипутов нужно чем-то увлечь, чтобы они пошли за Гулливером», вместо того чтобы их просто-напросто долбить. И вот тут Соединенные Штаты и предложили идею демократии, прав человека. Но демократия в их исполнении – это власть демократов в интересах меньшинства.
Владимир Анохин: Да, но правила игры принимаются большинством. В официальном документе Соединенных Штатов говорится, что продвижение свободы делает Америку более защищенной, но для решения этой проблемы нужны эффективные усилия: «История показала, что другие страны будут вносить свой вклад, только если мы вносим свой. Америка должна идти впереди». То есть совершенно точно заявлено, что американцы – гегемоны и мировые лидеры, и с этим все должны согласиться любой ценой.
Игорь Шишкин: Казалось бы, ладно, хотят Соединенные Штаты быть мировыми лидерами в продвижении демократии, пусть хотят. Ведь если взять словесное оформление этой стратегии, там сплошь говорится о высоких вещах: о свободе, о человечности, прямо как в нашей коммунистической пропаганде: «Все – во имя человека, все – для блага человека». И здесь точно так же все расписано.
Но если эти «прекрасные» тезисы о свободе и демократии Соединенные Штаты действительно начнут воплощать в жизнь, а они, к сожалению, уже начали их воплощать, то получится, что вся система ценностей, принципы построения общества одной цивилизации, будут уничтожаться, а вместо них будут внедряться другие. Например, после того, как в Ираке прошли выборы под пулеметными дулами, президент Буш объявил, что это «наичудеснейший миг демократии на Ближнем Востоке». И еще один «чудесный» пример: как только демократизаторы пришли в Ирак, они поставили премьер-министром страны своего давнего агента, который печально известен тем, что лет за 15 или 20 тому назад взорвал школьный автобус, и там погибло несколько десятков детей. Это известный факт, он задокументирован, но это преподносилось, как форма борьбы с тиранией Саддама.
Владимир Анохин: Если опустить все эти слова про демократию, о ее «чудесных» продвижениях, о свободе личности, то становится понятной поставленная цель, для достижения которой и определяются необходимые средства. Соединенные Штаты заявили себя лидером, который позволяет себе заявлять, что он в свою стратегию вкладывает принцип превентивности ударов. Это звучит так: «В случае необходимости мы не исключаем применения силы до того, как будем атакованы, даже если имеются сомнения относительно даты и места атаки противника». Конечно, после такого заявления можно предположить, что демократия широкими шагами пойдет по всему миру, но впереди все-таки пойдут танки. Естественно, такой подход опасен для всех стран, но мы в первую очередь должны говорить о России.
Игорь Шишкин: Кто-то может сказать, что, несмотря на все неудачные примеры «продвижения демократии» (в Ираке, в Югославии, в других странах), цель все же прекрасна, а вот исполнение – не совсем. Сформулировал Буш великую идею – сделать во всем мире демократию, сделать так, чтобы во всем была свобода, а воплощает ее неудачно. Лес рубят, мол, щепки летят. Но мы проходили этот тезис «лес рубят, щепки летят», и к чему это приводит, знаем. Это раз. Во-вторых, можно утверждать, что вот эти танки, вот эти ракетные и бомбовые удары – это не какое-то случайное, побочное следствие этой стратегии, а они неизбежны по одной простой причине. Мир состоит из разных цивилизаций. И эти разные цивилизации, разные культуры вовсе не намерены принимать все, что им скажет самый даже сильный дядя. Как только Буш и его окружение (неважно, искренние у них убеждения, или не искренние) начнут реализовать эту стратегию, неизбежно потребуется вмешательство во внутренние дела тех государств, которые США собираются осчастливить. Придется организовывать там государственные перевороты, а там, где это не удастся, нужно будет нанести ракетно-бомбовый удар, как они и заявили. Потому что в этой стране, они считают, назреет тоталитаризм, назреет тирания – главная угроза миру.
Иными словами получается, что вашингтонское руководство сформулировало утопию. А это именно утопия – насадить во всем мире одну систему ценностей, один принцип мироустройства, жизнеустройства. И плюс к этому, как он сказал в самом начале доктрины, она идеалистична по целям, и реалистична по методам. Так вот, идеалистическая цель – это всеобщая свобода и всеобщая демократия, то есть утопия. А для реализации этой утопии предполагается невиданная военная мощь, кроме того, требуется сделать так, чтобы ни одно государство не равнялось по военной мощи с Соединенными Штатами.
Я не раз слышал высказывания людей, которые бывали в Соединенных Штатах, занимаются Соединенными Штатами, о том, что это – как бы детская болезнь американцев, что они молодая нация, и неожиданно, не имея многовековых традиций государственного устройства, не имея вековых традиций внешней политики, обрели колоссальную силу. И как подросток, еще не понимают своей силы, идеалистичны. И хотят что-то сделать, но у них невольно получается, как у слона в посудной лавке. Но эта легенда не проходит.
Недавно было опубликовано очень интересное интервью с доктором исторических наук Фалиным как раз о философии «холодной войны». Там есть интереснейшие моменты. Например, оказывается, что по окончании Второй мировой войны, в сентябре – октябре 1945 года на уровне Комитетов начальников штабов в Соединенных Штатах принимаются решения, программирующие вооруженные силы США на «нанесение первыми удара по источнику угрозы нападения». Далее. В этих документах, разработанных начальниками военных штабов сразу после Второй мировой войны, говорится о том, что это «необязательно в ответ на предполагавшееся нападение СССР», первый удар замышлялся при обнаружении «признаков обретения врагом способности в процессе его промышленного и научного развития атаковать Соединенные Штаты и обороняться против нашего (ну, имеется в виду американского) нападения».
Это официальные документы Комитета начальников штабов США, и в них черным по белому написано то же самое, что в нынешней доктрине Соединенных Штатов: право на нанесение превентивного удара – раз, второе обязательно условие – военная мощь США, и право на нанесение ударов против тех, кто только попробует сравняться с ними по военной мощи. Когда я это читал, в выпусках новостей промелькнуло сообщение, что госсекретарь США Кондолиза Райс встречалась с министрами иностранных дел нескольких государств, союзных с Соединенными Штатами, чтобы обсудить угрозу, исходящую от увеличения оборонного бюджета Китая. А если учесть, что китайский военный бюджет раз в двадцать меньше бюджета Соединенных Штатов, на первый взгляд кажется странным. Но в этой «Стратегии» все так и должно быть – никто не имеет права стать хоть чуть-чуть сильнее и иметь возможность защититься от единственного суверена в мире. И это же было сказано и в 45-м году. Они не смогли тогда реализовать свою концепцию мирового господства только из-за того, что Советский Союз им этого не позволил.
Владимир Анохин: Никто может обвинить американцев в непоследовательности. Сразу же после войны возникли эти планы. С появлением ядерного оружия планировалось нанесение ядерных ударов по 20 объектам Советского Союза. Все последовательно. Когда мы рассматриваем практическую деятельность Соединенных Штатов, мы должны исходить из этого – вот они такие. И не надо говорить, что они – как дети. Они не дети. Они вполне прагматичные политики, которые постоянно стремились к расширению своих возможностей, своего господства, и последовательно продвигались к этому.
Первой такой заявкой была Доктрина Монро 1823 года. В этой Доктрине США объявили себя хозяевами Западного полушария нашей планеты, предупредив Европу, чтобы она не вмешивалась во внутренние дела Америки. То есть поставлен был, условно говоря, политический кордон для того, чтобы Америка расширяла свои возможности именно в Западном полушарии. В 1901 – 1905 была «Дипломатия канонерок». Это тоже расширение. «Демократия для мира» Вудро Вильсона фактически привела Гитлера к власти. 1919 год – «Изоляционизм», когда США фактически торпедировали деятельность Лиги Наций. Тридцатые годы – «Политика добрососедства» якобы. Далее – «Четыре свободы», «Доктрина сдерживания», после чего началась «Холодная война». Это наиболее сложный период – доктрина Трумэна и так далее. Так что здесь не приходится говорить о детстве американцев, или о том, что Буш похож на слона в посудной лавке.
Игорь Шишкин: Да, нельзя все происходящее списывать на Буша. Это – результат целенаправленной политики Соединенных Штатов, закономерный результат развития американской политической системы. Но здесь я бы хотел один момент уточнить. Мы в последнее время все время говорим, что это результат политического развития именно Соединенных Штатов. Но, на мой взгляд, вопрос несколько сложнее. Я считаю, что идея мирового господства – это общая болезнь западной цивилизации. Западная цивилизация больна идеями мирового господства.
Вдумайтесь: за последние два с небольшим века уже было несколько попыток установления мирового господства, и все эти попытки шли от Запада. В 45-м году Соединенные Штаты открыто попытались установить мировое господство, опираясь на то, что только у них была ядерная бомба, и уже думали, что все, они правят миром. Это они потом решили в 91-м году, когда один из их политологов заявил, что наступил конец истории, что американцы правят миром. Но ведь перед этим и в Европе тоже была попытка установить мировое господство. Я имею в виду Гитлера. Сейчас часто приводят фашизм, нацизм как некую просто человеконенавистническую идеологию, стремление истреблять низшие расы, низшие нации. Но ведь это не все. Ведь это была именно идеология нового мирового порядка, который должна была установить западная цивилизация, именуемая арийской расой, во главе только не с Соединенными Штатами, а с белокурыми бестиями из Германии. Вспомните, сколько европейцев, представителей этой западной цивилизации сражалось на фронтах Великой Отечественной войны против Советского Союза? Только пленными в советский плен попало около полумиллиона граждан государств, никогда не объявлявших войну Советскому Союзу. Я имею в виду Швецию, Бельгию, Данию, Испанию, Францию. А сколько же, значит, их тогда там воевало? Они же не силой были загнаны, они шли за определенную идею. Кстати, идеи там были сформулированы более вдохновляющие, чем те, которые сформулировал сейчас Буш.
Владимир Анохин: Да, я с вами согласен. Это болезнь западной цивилизации.
Игорь Шишкин: Кстати, и Наполеона надо сюда присоединить.
Владимир Анохин: Западная цивилизация никогда не откажется от мысли о мировом господстве. Привлекательность идеи «золотого миллиарда» – это как раз большой материальный стимул.
Игорь Шишкин: Кстати, идея «золотого миллиарда» тоже родилась на Западе.
Владимир Анохин: Да. Здесь всегда надо помнить, что обыватель на Западе хочет господствовать, хочет жить за счет других, притом вне зависимости от формы, которая существует. Наполеоновская империя некоторое время была лидером западного мира. Она первая пошла в атаку против России. Гитлер, захватив Европу, подчинив ее, тоже оказался лидером западного мира, и пошел на Россию. Сейчас лидер – Соединенные Штаты. Безусловно, даже в этой доктрине присутствует указание России, что ей надо делать. А если она не будет выполнять указания, то это, согласно документу, испортит ее отношения не только с США, но и с Европой. Поэтому мы и говорим, ущербность западной цивилизации, ее болезнь в том, что она агрессивна изначально идеологически.
Игорь Шишкин: Вы сейчас отметили очень важный момент: каждая из этих попыток установления мирового господства, где сменялся только лидер западного мира, объясняли и объясняют возможными идеологическими «измами», но действительно в основе всего лежит разница цивилизаций. И вот очень интересный момент. Сейчас Соединенные Штаты (это никто не отрицает) совместно с Евросоюзом организовали целую серию «цветных революций» по границам России. Все это названо созданием демократического альянса, причем главный признак демократичности – неприятие России, враждебное к ней отношение. А ведь еще в двадцатые годы Черчилль требовал создания вокруг России кольца, как он выражался, «бешено ненавидящих большевизм государств». Можно сказать, что это подтверждение чисто идеологического неприятия, что он просто боролся с большевизмом. Но есть еще более интересное утверждение. Черчилль сам признавал, что, создавая это «кольцо бешено ненавидящих», он продолжает политику Крымской войны 1854 – 56 годов. Мы понимаем, что в Крымскую войну никакого большевизма и близко не было, а для Черчилля это было продолжение Крымской войны, той самой войны, когда практически вся Европа напала на Российскую империю.
Владимир Анохин: Да, это была Мировая война.
Игорь Шишкин: Да, Мировая война западной цивилизации против России, и это нужно учитывать. И еще один момент, который обязательно нужно учитывать, когда мы говорим о том, что западная цивилизация больна идеей мирового господства, и почему именно с Запада приходят эти попытки установления мирового господства. Есть как бы контрдовод: а как же быть с коммунизмом, с мировой революцией, с Коминтерном?
Владимир Анохин: А откуда это все пришло? Вы сами как бы продолжаете свои собственные рассуждения. Откуда пришел коммунизм? «Призрак коммунизма бродит по Европе», а остановился он в России.
Игорь Шишкин: Чисто западная идеология.
Владимир Анохин: Да. Пока идея справедливости не приобрела национальную окраску в тридцатые годы. И когда действительно стали строить не коммунизм как таковой, а советскую империю, что естественно дало толчок, чтобы спровоцировать против нас войну.
Игорь Шишкин: Я не совсем с вами согласен по поводу того, что нас просто охватили идеи справедливости. Произошло, на мой взгляд, иное. Произошла постепенная национализация коммунистической идеи, и как только сменился национальный состав партии, так сразу же Интернационал был закрыт, и прекратились все эти бредни о мировой революции, возникла идеология мирного сосуществования. Кстати, национализированный коммунизм в Китае и во Вьетнаме никогда и не порождал идеологии экспорта революции.
Владимир Анохин: Идеи либерализма, которые получают серьезное сопротивление в России, трансформируются сейчас, хотя бы на словесном уровне, в национально-патриотические идеи. Это только начало, это тенденция, но тенденция такова, что Россия, похоже, переваривает еще одну идеологию и опять встает на национальную почву (я не говорю об элите, я говорю об идее национального самосознания в народе). И здесь естественна реакция Соединенных Штатов: там уже сказано, что Россия отходит от базовых ценностей, и если это будет продолжаться, то... Это – скрытая угроза для России.
Игорь Шишкин: Ведь сказано в этой доктрине: если у вас нет демократии, мы вылетаем.
Владимир Анохин: И любопытна еще одна вещь. Сейчас в Соединенных Штатах так комментируют, например, вот эту стратегию по отношению к России. Там есть два абзаца относящиеся к России. Например, совершенно спокойно говорят о том, что выступление Лаврова сопоставимо с речью Молотова в 39-м году. И цитируют: «В развязанном путем нарушения международного права глобальном конфликте Россия не может занимать чью-либо сторону».
Игорь Шишкин: Глобальный конфликт между миром ислама и западной цивилизацией.
Владимир Анохин: Да. А вот Молотов: «В развязанной англо-французскими империалистами мировой войне мы не можем занимать чью-то сторону».
Игорь Шишкин: Вы сейчас затронули крайне важную проблему. Да, Молотов это говорил, когда была развязана Вторая мировая война. Увы, Россию в нее втянули. И вот здесь и возникает самый серьезный вопрос. Ладно бы, Соединенные Штаты изобретали всякие там доктрины, и они бы нас не касались. Но мы видим, что это не случайность, что западная цивилизация действительно больна идеей мирового господства под лозунгом общечеловеческих ценностей. Каждая попытка внедрения этой идеи – это кровь. И, увы, так повелось, что все эти попытки ломались в России. Наполеона мы сломали, Гитлера мы сломали, коммунизм мы переварили, «холодную войну» – что это было? Это был результат попытки установления тогда мирового господства Соединенными Штатами.
Мы вынесли это на своих плечах. И каждая попытка установления мирового господства оборачивалась для России страшными бедами. Да, мы брали Париж, мы брали Берлин. Да, вместо космополитического коммунизма была построена советская империя. Но какими жертвами? Главный вопрос сейчас: как быть России в условиях, когда западная цивилизация, закусив удила, во главе с Соединенными Штатами начинает новый поход за мировым господством? Как сделать так, чтобы нам не нужно было ломать хребет очередному агрессору? Слишком дорого нам эти западные штучки обходятся.
Владимир Анохин: Сейчас основная задача России – выработать иной подход к отношению в мире. Собственно говоря, он уже выработан: Россия должна стать тем духовным и идейным центром, который будет проповедовать другие, не проамериканские принципы международных отношений. Это, прежде всего, прагматизм. Это многовекторность. Это уважение центров цивилизации. Это диалог. Это отсутствие конфронтации, возможность продвижения национальных интересов всех сторон. Если эти принципы, провозглашенные Россией, будут четко осуществляться и отстаиваться, то дискомфорт Соединенных Штатов с их стратегией будет очевиден. Они потеряют моральную силу «вести человечество», как они считают. И вне зависимости от того, сколько ракет у той или другой стороны, такие принципы сосуществования будут более привлекательны, чем предлагаемые Соединенными Штатами.
Игорь Шишкин: Согласен с вами. Но я считаю, что первое и основное – укрепление собственной страны, укрепление ее экономики, укрепление ее духовных основ, укрепление ее армии. И, кстати сказать, «холодная война» продолжалась так долго и на мирное существование Соединенные Штаты пошли, потому что мы смогли, вопреки их заявлениям, стать угрозой для них. Мы на них не нападали, но мы могли им ответить. Это было самым важным, раз. А, во-вторых, действительно на международной арене Россия может стать сейчас лидером, предложив другую идеологию построения миропорядка. Разнообразие культур, разнообразие цивилизаций, признание права каждой цивилизации на самобытное развитие. И сейчас такая идеология востребована, и народов, которые готовы отстаивать свое право, более чем достаточно. Но очень важно при этом не скатиться сейчас до лобового столкновения с разъяренным быком. Иногда может быть лучше отойти чуть в сторону, пропустить и измотать его, потому что открытая борьба нам, я думаю, ни к чему. Но это отдельная и очень сложная проблема. А наше эфирное время истекло. До свидания.